}
Например, спрашиваю: "Неужто вам не страшно было вот так на оружие идти?" Он ответил смешно: "Я привык.
Такая у меня оккупация, с мизераблями разговаривать". Как ни странно, я его поняла.
Слово "оккупация" в значении французского occupation [Занятие, профессия (фр.)] он, должно быть, вычитал в какой-нибудь книге восемнадцатого столетия, "мизерабли" же несомненно пленили его красотой звучания.
Хорошим людям, - сказал он далее, - я не нужен, а плохим ("мизераблям") нужен.
Они опасные и поранить могут, но что ж тут поделаешь? К ним входишь, как укротитель в клетку ко льву.
Тут Эммануил вдруг оживился, глаза заблестели.
Это я в Перми видел, в цирке Чинизелли.
Какой храбрый человек укротитель! И какой красивый! Лев пасть разевает, зубы - как ножи, а укротитель только усы поправил и кнутом щелк!" И забыл про мизераблей, стал взахлеб рассказывать про циркового дрессировщика, а я смотрела на него, увлеченно жестикулирующего, и не знала, что думать, вновь охваченная сомнением.
|
